Стыдно за наши автомобили!

Вот и на этот раз он наговорил гадостей про АВТОВАЗ и назвал правильным решение о передаче социальной сферы автозавода городу – прекрасно при этом понимая, что все это прочитают тольяттинцы , да еще и накануне выборов. Ни один политик в России не может себе такого позволить.

– Из Тольятти? (Жириновский посмотрел на часы. – Авт.) Полчаса у вас!

– Владимир Вольфович, а что, Михаил Прохоров действительно так и не отдал вам часы, которые вы подарили ему на ток-шоу «НТВшники»?

– А зачем он должен их возвращать? Это мой подарок, на память, пусть носит, мне не жалко.

– Владимир Вольфович, наш город находится на сложном историческом отрезке. И мы берем интервью у разных людей, интересуемся их мнением о моногородах, о будущем нашего автопрома.

– Я не инженер, я гуманитарий, юрист. Поэтому решать по АВТОВАЗу должны специалисты, инженеры. Но, наблюдая пятьдесят лет за нашим автопромом, я пришел к выводу, что мы не можем делать такие же автомобили, как в Японии, в Европе или даже как в Китае.

Нашу автомобильную промышленность нужно сориентировать на ту продукцию, которую мы можем выпускать. Например, выпускать дешевые народные автомобили в массовом порядке. Пусть АВТОВАЗ выпускает что-нибудь типа «Оки», с дешевым кузовом, с трехцилиндровым двигателем, пусть он стоит 40 тысяч рублей, пусть у него скорость будет 70 километров в час, мощность 20 лошадиных сил. И пусть все пенсионеры, инвалиды, все студенты ездят на них. Таким образом, мы пересадим всю страну на колеса.

Нужно определиться, что мы умеем делать? Если умеем делать такие машины, как «Мерседес», – давайте выпускать «Мерседесы». Не умеем – не надо! Пусть Горьковский автозавод выпускает машины для начальников, зачем они покупают «Мерседесы», ГАЗ ведь дешевле выпустить. Вот сейчас у них новая модель – «Сибирь». У нее один лишь бампер русский, остальное все из импортных деталей. Если вы не умеете делать машины полностью из своих деталей, зачем же мучаетесь? Двадцать лет уже могли бы выпускать из импортных запчастей.

В 1967 году я написал письмо в ЦК КПСС, мне было двадцать лет. Письмо было как раз об автомобильной промышленности. Я писал, что мне стыдно за наши автомобили, мы все выискиваем глазами иномарки в Москве, разговариваем о том, что они лучше наших автомобилей. «Жигулей» тогда еще не было, по городу ездили одинаковые «Волги», «Запорожцы» и «Москвичи». Стыдно было на них смотреть!

Я писал: что вы делаете, неужели нельзя выпускать хотя бы разные модели? И что мне ответили эти дураки из ЦК? Они, уже зная, что началось строительство завода в Тольятти, могли бы мне ответить, что да, Владимир Вольфович, мы уже эту проблему поняли, итальянцы в Тольятти уже строят мощнейший автозавод. Но эта дура, которая сидела в ЦК и отвечала на письма, написала мне, что «нам ничего этого не надо».

– У вас какие машины были?

– Я с машинами с детства, с шести лет. За соседом приезжала персональная машина, «Москвич»-401, самый первый после войны. Я спускался вниз посидеть в «Москвиче», и водитель разрешал мне нажимать на стартер. С шестнадцати лет вожу автомобили, на ГАЗ-67 учился. В 1970 году купил свой первый автомобиль, «Запорожец». В 1980 году купил «Жигули», ВАЗ 2101, «первая» модель, самая дешевая. У меня были деньги, но я решил сэкономить, купил подешевле, беленького цвета. Потом «восьмерку» купил, это уже почти как иномарка считалось тогда, трудно достать было…

Так что пусть специалисты соберутся, проанализируют и решат. Если можем – давайте делать. Если не можем – давайте думать, что можем. Но у нас государство-гермафродит и экономика-гермафродит. Мы никак не можем определиться, кто мы. Мы и восточная страна, и западная страна. Наполовину демократия, наполовину деспотия. Экономика: полусоциализм – полукапитализм. Наполовину инновации – наполовину дедовский метод.

Это нам всем мешает, мы пытаемся перенимать чужой опыт, а нам этого делать не надо. Мы сами должны решить. Можем мы выпускать автомобиль, который наш потребитель будет покупать без всяких добавок «сдай старый – купи новый», без поднятия пошлин. Должны решить специалисты, как с больным. Человек считает себя здоровым, а врачи ему говорят: по всем анализам у вас пять болезней, вы умрете через два месяца, если не пройдете курс лечения.

Я уже в 1999 году говорил – не тянет наш автопром. Давайте выпускать одну модель, но сделаем ее дешевой. Но пока нет ничего. Вон Ё-мобиль придумали за 400 тысяч. Да кто его будет покупать за 400 тысяч, если китайцы скоро начнут продавать дешевле. Или совсем рынок закрывать, поднимать пошлины, чтобы покупали только наши – ну так поднимайте, решайте хоть что-нибудь. Но пока никаких решений нет, а виноват Христенко, министр промышленности. В его ведении все автомобильные заводы. Виноваты новые владельцы, Мордашев, у него Ульяновский автозавод. Ну и что он сделал? Джип «Патриот» неплохой, но я не слышал, чтобы он был конкурентоспособным.

Вот бросили к вам в Тольятти на АВТОВАЗ из Москвы… Как его… Чудак один был у вас там…

– Алешин?

– Да, точно, Алешин! И что он сделал? Посидел и ушел. Ничего не решается, хотя деньги бешенные дают, миллиарды.

– Как вы относитесь к тому, что предприятия избавляются от своей социальной сферы? Вот АВТОВАЗ сейчас распродал все свои санатории, больницы…

– Это вторая проблема – остатки Советской власти. Нигде в мире автозаводы не имеют санаториев, детских домов, детских садов. Нельзя, чтобы это входило в себестоимость автомобиля! Этот автомобиль всегда будет неконкурентоспособным! Но люди не должны страдать. Вы все это передайте городу, пусть город отвечает за детские сады и больницы.

Но надо решить – кто мы, что мы? Если рынок для нашего автопрома – смерть, давайте закроем границы от иностранных машин. И десять лет будет стараться выпускать машины, которые будут соответствовать вкусам наших граждан. Если нет – то давайте открывать границы, и пусть рынок закрывает наши заводы. Но не совсем закрывает, чтобы безработицу не создавать, пусть идет сборка иностранных машин, которые пользуются спросом. Но пока все эти меры половинчатые ни к чему не приводят. «Москвич» в Москве, миллиарды вложили – где «Москвич»? Французам отдали, как у вас в Тольятти сейчас, и выпускают немножко «Рено».

А где «Москвич»? Хотя Каддафи мне лично говорил, что он готов покупать наш «Москвич», потому что он не хотел покупать такой же по характеристикам автомобиль на Западе. Но не стали ему продавать, бежим теперь из Ливии. В Ирак можно было продавать. Я лично добился контракта России с Ираком на 40 миллиардов долларов.

И из них на 3 миллиарда долларов Саддам Хусейн хотел покупать наши «Волги». Почему они ему нужны – он не хотел покупать на Западе! Он много лет при советской власти покупал наши «Волги», они твердые такие, жесткие, к ним там все привыкли. Но мы сами ни производить ничего не умеем, ни продавать ничего не умеем. Виновата Советская власть, она все лучшее уничтожила, всех разогнала, все уехали. И это продолжается до сих пор. Если вы думаете, что Советская власть кончилась, вы заблуждаетесь. До сих пор все лучшие умы уезжают, деньги уходят. В таких условиях, конечно, трудно конкурировать. Но наши рабочие ни в чем не виноваты, надо дать им возможность выпускать то, что требует рынок.

А мы не выпускам. То, что пользуется спросом, мы закрываем. То, что не пользуется – начинаем производить, оно неконкурентоспособное, и это стоит никому не нужное, никто не покупает. Потому что дураки мы все, у нас страна дураков. Проблема с руководителями, шариковы управляют, они не могут принять правильное решение.

Александр Гремин