Алексей Степанов: «В России невозможно делать бизнес на спорте»

– Алексей Анатольевич, давайте начнем с легких и приятных тем. Какие задачи стоят перед командой «Мега-Лада» и каких мероприятий можно ждать этим летом на СТК им. А.А. Степанова?

– Первое мероприятие, которое пройдет на стадионе, состоится уже 15 мая. Мы не являемся его организаторами, лишь предоставляем площадку. Это Всероссийская студенческая весна, подготовка к которой идет под контролем областного правительства.

Что касается спидвея, то домашний сезон мы открываем 29 мая командной гонкой с «Салаватом». И дальше пошло-поехало до октября месяца – командный чемпионат России, будут гонки личного первенства. Могу сказать, что мы почти договорились о проведении одного из этапов финала личного чемпионата Европы. Сезон закроет Мемориал Анатолия Степанова.

Что касается задач, поставленных перед командой, то она всего одна – победа. И для ее выполнения, на мой взгляд, сделано все необходимое. Мы собрали довольно ровную команду: у нас нет явно выраженного лидера, но и аутсайдеров тоже нет, все ребята очень стабильные. За счет этого мы планируем провести сезон на высоком уровне, подтвердить и защитить свое чемпионство.

Согласно регламенту, который принят на этот сезон мотоциклетной федерацией, мы можем заявить одного легионера не из числа 15 основных гонщиков из серии мировых Гран-при. И мы привлекли в свои ряды одного из самых сильных гонщиков этой категории – словака Мартина Вацулика, действующего чемпиона Европы. Он будет представлять цвета «Мега-Лады» и защищать чемпионский титул вместе с нами.

– Вы с большим воодушевлением рассказываете о спидвее. А вообще, это убыточная история или она приносит какие-то дивиденды? На что живет команда «Мега-Лада»?

– Я уверен, что в России на сегодняшний день невозможно делать бизнес на спорте. Даже такие популярные в нашей стране виды спорта, как хоккей и футбол, – это не бизнес. За границей, да, там выстроена модель, спорт приносит прибыль. Зная приблизительно бюджет питерского  ХК СКА, я представить себе не могу, что нужно сделать, чтобы клуб окупил вложения.

И на спидвее сегодня не заработать. Это спорт, а не бизнес. Спидвей в Тольятти – это в первую очередь имидж города и региона. «Мега-Ладу» знают далеко за пределами Самарской области и России. Мы являемся четырехкратными обладателями Кубка европейских чемпионов.

Спидвей и «Мега-Лада» в Тольятти живы благодаря всесторонней поддержке правительства Самарской области в лице губернатора и министра спорта. Также поддержку нам оказывает наш постоянный спонсор «КуйбышевАзот».

– Почему в Тольятти не проходят этапы Кубка мира?

– В свое время мы проводили переговоры с организаторами серии Гран-при. Тогда они были очень категоричны. Я бы даже сказал больше – они с нами встретились только потому, что мы приехали. Никакого интереса к нашим предложениям у них не возникло. Нам сказали, что если мы хотим Гран-при России, то должны будем предоставить два самолета, неимоверные суммы денег за проведение Гран-при и так далее. После того как в прошлом году мы провели в Тольятти личный чемпионат Европы, отношение несколько изменилось. Они увидели, что самолеты не обязательны, что сюда можно добраться и на машине. К нам приехали всемирно известные гонщики.

В итоге недавно нам прислали приглашение, и 31 мая мы летим в Прагу для возобновления переговоров по поводу проведения российского этапа. Не знаю, чем все это закончится и до чего нам удастся договориться.

– Есть ли в России стадион, который может посоревноваться с тольяттинским за право проведения этапа чемпионата мира?

– Такого стадиона в России нет. И если Гран-при состоится, то только в Тольятти.

– Хотим поинтересоваться состоянием дел в вашем ресторанном бизнесе. Когда-то ресторан «Чикага» был популярным местом, постоянно появлялись информповоды о каких-то мероприятиях. А что сейчас?

– В настоящий момент заведение закрыто. Изначально там был клуб «Чикага», потом на втором этаже мы сделали «Арриву» с мексиканской кухней, чтобы как-то освежить заведение. В итоге все закрылось.

Вообще, я на своем опыте убедился, что Центральный район Тольятти не подходит для заведений подобного формата. Так уж сложилось, что Старый город – это место для маленьких уютных баров. Серьезную площадку нужно открывать в Автозаводском районе.

Также я полагаю, что в то время, когда мы открывали «Чикага», то предложили людям продукт, к которому они просто-напросто оказались абсолютно не готовы. Мы предложили живую музыку, живой джаз-банд, привозили артистов из Самары, у нас степ танцевали на сцене. У нас на открытии не было Нюши, зато был Мазаев.

– То есть вы открывали его для себя, а большинство посетителей хочет Нюшу?

– Да, получилось, что для себя. Тогда я не понимал, что публике нужно что-нибудь попроще. Я ожидал, что народ увидит, оценит и потянется. В начале да, интерес был. Потом мы начали замечать, что народ сидит и ждет, когда этот джаз уже уйдет со сцены и наконец включат, скажем, ту же Нюшу. И я понял, что мы становимся такими же, как и все. Вскоре начался экономический кризис, потом случилась «Хромая лошадь», и инспекция нас закрыла, затем открыла, потом опять закрыла. Между тем в заведении работали люди, им нужно было платить зарплату. Коллектив у нас был прекрасный, но всех, к сожалению, пришлось уволить. Собрать персонал обратно практически невозможно.

– Какие у вас планы на эти помещения?

– После того как мы закрылись, я там долго не появлялся. Зашел туда вновь не так давно. Ощущение остановившегося времени. Все стоит на своих местах, ничего не тронуто. Мне жалко это ломать. Очень много сил было вложено.

К слову, в последнее время у меня часто спрашивают: когда откроешь «Чикага», мол, сходить в городе некуда. Такое ощущение, что люди созрели и повзрослели. Пока не знаю, что делать с этими помещениями, не готов это обсуждать. Дел, которыми нужно заниматься, хватает.

- Извините за больной для вас вопрос, он касается гибели вашего отца. Есть ли у вас версии, кто стоял за его убийством?

– На тот момент, когда это случилось, я даже предположить не мог, что такое в принципе возможно. Кто за этим стоит, сложно сказать. Он был человеком с активной жизненной позицией и со своим мнением, не всегда совпадавшим с общепринятым. Может быть, это действительно был какой-то глупый грабеж. Не знаю. Мне сложно говорить об этом.

– Как вы считаете,  насколько  жизнеспособна версия, что убийство Сергея Жилкина и вашего отца являются звеньями одной цепи?

– Я считаю, что эта версия не имеет права на существование. Ни для кого не секрет, что у отца в свое время был конфликт с Жилкиным. Ничего общего у них не было. В лихие 90-е всякое случалось, у них всегда были разные мнения, они шли параллельно. Отец сам ушел из администрации, когда Жилкин пришел к власти, отец всегда был против системы укрупнения власти. Мы сейчас это видим и ощущаем. Как бы там ни было, в советские время были далеко не глупые и совсем не ленивые люди. Они прекрасно понимали, что с площади Свободы нельзя управлять всем городом, что его нужно дробить на районы и что главы районов, тогда первые секретари райкомов партии, должны полноценно управлять каждый своей территорией. А не так, как сейчас, когда администрации и их главы являются пародиями сами на себя. Я вообще не понимаю, для чего они ходят на работу. Раньше глава администрации имел свой бюджет, он самостоятельно решал все задачи, от замены труб до ремонта дорог, он досконально знал, где и что у него в районе происходит. И самое главное, с него можно было спросить. Жилкин фактически упразднил функции главы администрации, сделал из них пешек, а все полномочия и деньги забрал в мэрию. И я считаю, что это укрупнение ни к чему хорошему не привело. Нет в районе хозяина, и совершенно непрозрачно расходуется бюджет.

– Как вы считаете, в чем главная ошибка сегодняшней мэрии?

– На мой взгляд, они слишком много занимаются политикой. Нужно быть ближе к людям, они мэра избрали не для того, чтобы он политикой занимался и доказывал свою состоятельность депутатам. Не там доказывает. Людям нужно доказывать свою состоятельность.