Булгарский синдром

О свободе слова

Вечером 5 июня 1983 года флагман Волго-Донского пароходства 137-метровый четырехпалубник «Александр Суворов» вместо судоходного третьего пролета ульяновского моста пошел в несудоходный шестой. Большая часть пассажиров в этот момент находилась на четвертой палубе, в кинотеатре. Громада моста срезала именно эту палубу, и в считанные секунды она превратилась в груду из металлолома и человеческих тел.

Вдобавок ко всему с проходящего в этот момент по мосту поезда, на теплоход посыпались бревна. Ульяновские хирурги всю ночь на трех столах оперировали пострадавших, но, несмотря на их старания, в этой катастрофе, по официальным данным, погибло 173 человека, а по другим - более 300. Разумеется, советская пресса ограничилась только скупой заметкой об «аварии, повлекшей человеческие жертвы», и вряд ли она или страшные слухи, распространившиеся по Ульяновску, смогли повлиять на популярнейшие в Союзе речные круизы.

В наши дни такой громкий информповод стал бы предметом круглосуточного освещения массмедиа. Страшную историю «Булгарии» муссировали все телеканалы, что наверняка негативно сказалось на круизном сегменте туристического бизнеса. Об этом мы поговорили с генеральным директором центра туристических программ «Пилигрим» Анной Тукмачевой. 

Народу нравится

– Анна Павловна, внутрироссийские круизы само по себе удовольствие не из дешевых. С чем это связано?

– Я бы не сказала, что это самый дорогой продукт, но он действительно недешев. В среднем цена круиза составляет 2500 рублей за день, что сопоставимо с ценами на приличный отдых любого другого типа. И, надо сказать, что круизный отдых очень возвратный.

– Что это значит?

– У нас есть термин «возвратный клиент». 60-70% туристов на круизных теплоходах возвращаются к нам после первого путешествия и становятся постоянными потребителями этого продукта.

Одна из причин, по которой этот российский турпродукт довольно дорогой, – дорогая транспортная составляющая. Что касается речных круизов – то здесь зачастую до порта отправления добираться не надо – таким образом, круизы хоть и недешевы, но часто не надо дополнительно тратиться на переезд. Стоит отметить, что жителям Тольятти и области повезло с круизным турпродуктом: Самара считается самым крупным рынком по речному круизу после Санкт-Петербурга и Москвы. Только мы продаем 15 теплоходов, а на самом деле их еще больше.

– Вы имеете в виду большие красивые лайнеры, или в этом флоте много судов класса «Булгарии»?

– «Булгария» – это двухпалубник. Мы реализуем путевки на два двухпалубника, один из которых встал после трагедии, так как является таким же проектом, как и затонувшее судно. Все остальное, это трех- и четырехпалубные суда. Последних, правда, в настоящее время стало меньше, но все трехпалубники очень хорошо переоборудованы, и от 60-х и 70-х годов там практически ничего не осталось. Все каюты с полным набором удобств и кондиционерами.

All inclusive  

– Из чего складывается цена круиза?

– Во-первых, это стоимость фрахта. Владелец судна, как правило, сам его не эксплуатирует, и крупные туристические операторы нанимают его во фрахт на срок от 90 до 150 дней. Они платят владельцу за день фрахта от 100 тысяч рублей и выше. Разумеется, под это берутся кредиты, и с учетом процентов в финале получается огромная сумма. Во-вторых, питание, которое всегда заказное и, как правило, ресторанное. Затем развлекательная программа. На ней стараются особо не экономить, и самарский рынок поднялся благодаря именно высокому качеству развлекательных программ.

– До трагедии спрос на круизы можно было назвать высоким?

– Да, спрос хороший. Другое дело, что в последние годы самарский рынок перенасыщен предложением. Идет жесточайшая конкуренция, и туристов всем не хватает.

– А конкретно тольяттинцы часто покупают круизы?

– В Тольятти наша организация как раз и поднялась за счет круизов, так как это всегда был технологичный, возвратный и хорошо продаваемый продукт.

– Во сколько обойдется круиз, например до Казани, в каюте класса люкс?

– Возьмем, к примеру, четырехпалубный теплоход «Алексей Толстой». Такой круиз на нем обойдется в 15300 рублей. Питание и развлекательная программа, разумеется, включены.

Приступы гидрофобии

– Как отразилась на спросе трагедия с «Булгарией»?

– Спрос, конечно же, упал. Не скажу, что катастрофически, но весьма заметно. Это чисто психологический момент. Довольно часто люди звонят и отказываются от тура, говоря: «Понимаем, подобная катастрофа с ними вряд ли случится, но не можем себя пересилить». Я часто созваниваюсь с фрахтователями, и они говорят, что теплоходы уходят в рейс не со стопроцентной загрузкой, что свидетельствует о психологических последствиях трагедии.

Это очень прискорбно, так как даже иностранные туристы всегда выбирали в России круизный отдых, который всегда считался самым безопасным.

– Но «Булгария» вряд ли была престижным теплоходом?

– Суда реконструируются по-разному, но двухпалубники всегда считались самым низким и потому самым дешевым классом. Но даже двухпалубные суда на самарском рынке уровня намного выше, чем была «Булгария».

– Вы сказали, что существует переизбыток предложения. Означает ли это, что речного туристического транспорта у нас достаточно?

– Все дело в возрасте этих судов. Конечно, нам необходимы новые теплоходы. Но в России не строят пассажирские суда, стоимость заказа за границей – порядка 12-15 млн евро. Срок окупаемости - 15-20 лет. Заказывать надо хотя бы три судна. Многие организации хотели бы приобрести новые лайнеры, но в наших условиях это практически невозможно. Если бы стали возможны финансовые госгарантии под такие проекты – думаю, что проекты покупки новых судов стали реальными.